07 марта 2017

Проверка на эффективность реструктуризации бизнеса

0 0
Суд признал правомерным вывод налогового органа, что «дивиденды» фактически предназначались резиденту другого государства и подлежали обложению в России.
В 2011 г. общество приобрело доли в ООО «Дирол Кэдбери» у компании – резидента Великобритании и произвела оплату двумя кредитными нотами, по которым предусмотрена выплата процентов. И покупатель, и продавец принадлежат одной головной компании, зарегистрированной в США.
В 2011-2012 гг. общество учитывало проценты по кредитным нотам в составе расходов и не удерживало налог c выплат кредитору согласно российско-британскому налоговому соглашению.
По результатам проверки налоговый орган отказал в правомерности учета процентов в составе расходов общества, а также посчитал, что произведенные выплаты должны быть квалифицированы как дивиденды.
Суд признал решение налогового органа правомерным, приняв во внимание следующие обстоятельства:
- на территории Великобритании налоги кредитором уплачены не были в силу группового освобождения в отношении процентов;
- кредитор перечислял полученные доходы в адрес промежуточных собственников международной группы компаний в виде дивидендов;
- кредитор обладает признаками технической компании: отсутствие персонала и отсутствие несения бизнес-рисков;
- кредитор зарегистрирован незадолго до сделки по продаже долей и после расчетов по договору какая-либо деятельность им не велась;
- сделки осуществлялись в рамках программы по интеграции глобальных организационных структур, разработанной головной компанией в США, и у общества отсутствовало свободное волеизъявление в спорных сделках.
Суд посчитал, руководствуясь доктриной преобладания существа над формой, что фактическим получателем процентных платежей, квалифицированных как дивиденды, является головная компания в США. В связи с чем общество должно было удержать налог на дивиденды по ставке 5%, которая предусмотрена российско-американским налоговым соглашением.

(Постановление Арбитражного суда Владимирской области от 13.02.2017 по делу № А11-6203/2016, ООО «Мон’дэлис Русь»)